菖蒲 (eye_ame) wrote,
菖蒲
eye_ame

Category:

Иосиф фон Флавий

Мы тут по вечерам читаем Иосифа Флавия вслух. На мозг это действует разрушительно, и вообще на весь периметр головы. Я, главное, совершенно не уверен, что хотел всё это знать об Иудейской войне и о роли в ней дивного божественного Тита.
Потому что выглядит ситуация примерно так.

Сцена первая
День. Солнце. Жарко. Римляне сидят под стенами очередного города. Из-за стен доносятся звуки патриотческих песен. Поют мужчины. Мужчин много. Голоса решительные.
- Romani! - восклицает божественный Тит.
Никто не реагирует.
Тит залезает на опрокинутую винную бочку и повторяет:
- Romani!
Все сто человек остаждающих поворачивают в его сторону перепитые рожи. Глаза у всех мутные.
- Romani! - в третий раз восклицает божественный Тит, и на этот раз чувствует, что язык у него почти не заплетается. – Мы тут штурмуем евреев. Это, конечно, уныло. Но задумайтесь. Что есть у евреев? За что они борятся? Пфуй! Всего-то: за родину, за свободу и за мир во всём мире. А что есть у нас? – здесь он делает театральную паузу и принимает театральную же позу. Солдаты пытаются сфокусировать взор. – А у нас, римляне, есть гораздо больше. У нас есть жажда. Жажда выпить!
- Ура! - кричат солдаты, вскакивают и кидаются на город.

Сцена вторая
День. Солнце. Жарко. Римляне сидят под стенами очередного города. Из-за стен доносятся звуки патриотческих песен. Поют мужчины. Мужчин много. Голоса решительные.
- Romani! - восклицает божественный Тит.
Битые солдаты смотрят на военачальника со смесью издёвки и недоверия. Глаза у всех мутные. Тит озирается и подкатывает себе очередную пустую бочку.
- Romani! Мы тут штурмуем евреев. Это, конечно, уныло. Но задумайтесь. Сколько там внутри евреев? Тысячи, ну, три. А нас сколько? Человек, ну, пятьдесят. Что это значит?
- Пора выпить? – нерешительно спрашивают солдаты.
- Это значит, – терпеливо поясняет божественный Тит, – что у нас численное преимущество. Если три тысячи человек напьются так, как напились мы, что будет? Ничего не будет! Разбредутся кто куда и там уснут. Или, если, положим, девочки... Или мальчики... Я сказал: положим... Отставить ржать! Их три тысячи, а нас всего пятьдесят, и это значит, что я всех вас могу лично запинать на стены города. Так что быстро оторвали жопы от песка и пошли, пошли, пошли!
- Ура! - кричат солдаты, вскакивают и кидаются на город.

Сцена третья
День. Солнце. Жарко. Римляне сидят под стенами очередного города. Из-за стен доносятся звуки патриотческих песен. Поют мужчины. Мужчин много. Голоса решительные.
- Romani! - восклицает божественный Тит. На этот раз он стоит рядом с бочкой, потому что сверху, на бочке, равновесие держать сложнее. А здесь есть обо что опереться. О бочку. – Не для того ли мы в мирное время упражняемся с оружием, чтоыб сейчас, когда это нам так необходимо, добыть себе немножечко бухла?
- Ура! - кричат солдаты.
"Город пал," – записывает Иосиф.

Сцена четвёртая
Ночь. Темно. Солдаты спят вокруг опрокинутых бочек. Тит бодрствует.
- Эй ты, – он пинает сапогом доблестного римского воина, спящего с краю. – А пить-то нечего.
- Нечего, – заплетающимся языком подтверждает доблестный римский воин.
- А там, – Тит указует дланью на осаждаемый город, и в свете луны даже можно понять, куда он примерно тычет пальцем. – там полно бухла. Целый склад бухла. Стратегические запасы этих треклятых монотеистов.
- Ура! – кричит доблестный, и вот уже все двадцать солдат вскакивают и кидаются на город.

Сцена пятая и последняя, потому что сколько можно
Ночь. Темно. Тит и ещё двое сравнительно трезвых солдат крадутся по спящему еврейскому городу.
- Тише! Кажется, бухло там. Я чую, – говорит первый.
Топот. Шорох. Бульканье.
- Тише! - говорит второй. - Не пейте всё сразу, свои обратно не пустят!
Бульканье. Шорох. Топот.
- Тише! - говорит Тит. - А то евреи узнают, что мы здесь были. Ик!
Город просыпается.
"...И ночью тихо заняли город," – записывает Иосиф.

Не верите? Сами почитайте. Чесслово, всё правда.
Tags: la sua clemenza io temo, pare un libro stampato
Subscribe

  • Le désert est un lieu des extrêmes

    Потрясающая Юлька сделала нам царский (поскольку от слова "паша" я не умею нужное прилагательное образовывать) подарок и перевела нам статью…

  • Сколь, - увы! - опасен для красы порок!

    Меня тут belta учит уму-разуму, а я так ржу, что ну никак нельзя не поделиться. Делюсь ;) Пародия на "Мазепу", предложенная в качестве…

  • Übung macht den Meister

    И ещё о творческих успехах. Мы тут с Карл Филиппычем перевели непонятно что непонятно зачем. Если правильнее: в буклетике к биейтовскому "Фиделио"…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 45 comments

  • Le désert est un lieu des extrêmes

    Потрясающая Юлька сделала нам царский (поскольку от слова "паша" я не умею нужное прилагательное образовывать) подарок и перевела нам статью…

  • Сколь, - увы! - опасен для красы порок!

    Меня тут belta учит уму-разуму, а я так ржу, что ну никак нельзя не поделиться. Делюсь ;) Пародия на "Мазепу", предложенная в качестве…

  • Übung macht den Meister

    И ещё о творческих успехах. Мы тут с Карл Филиппычем перевели непонятно что непонятно зачем. Если правильнее: в буклетике к биейтовскому "Фиделио"…