странные праздники

Вехи в истории и вне её

Тут так вышло, что до меня (благодаря, разумеется, belta) дошло, какой вехой была трансляция кушейного "Фиделио". Нешуточной вехой. На сайте товарища, который этой трансляцией ведал, есть выдержки из двух статей по этому поводу, и katerritter любезно согласился избавить меня от необходимости читать по-немецки ;))


Источник: Die Südwest Presse
Автор: Ханс Хорст Бауэр, Штуттгарт
Дата: 27 марта 1998 года
Раздел: Культурное обозрение
В воскресенье на канале Südwest 3 прошла трансляция штутгартского «Фиделио» из Штаатсопер.
Была проведена сложнейшая работа

Семь камер канала SDR представили телевизионному зрителю спорную постановку Мартина Кушея.
В ближайшее воскресенье в 20.15 Südwest 3 впервые представил на экране живую трансляцию современной оперной постановки штутгартской Штаатсопер: «Фиделио» Бетховена в необыкновенной, психопатической версии Мартина Кушея, вызвавшей на премьере две недели назад громкую и бурную дискуссию.

[...] Янош Дарваш из Кёльна был привлечён SDR к прямой трансляции как телевизионный режиссёр. «Я был просто счастлив, что смог с первого раза понять задумку! Потому что я, естественно, должен был подчиниться в своей работе музыкальной драматургии и режиссуре спектакля», сказал Дарваш. Большие амбиции и тем более собственная интерпретация тут не требуются: «Я ничего не изобретаю, я перевожу происходящее на сцене на язык телевидения». Однако этот перевод выдвигает совершенно особые требования. Так, например, обстоят дела с изначально не инсценированной увертюрой, для которой вместе с Кушеем было найдено визуальное воплощение: «Я не могу пятнадцать минут подряд показывать маленькую чёрную оркестровую яму».
Для переноса «Фиделио» на экраны телевизоров Дарваш имел в распоряжении семь камер. Три «усадили» полукругом во втором ряду на высоте человеческих глаз, три стояли на полу в глубине зрительного зала, а седьмая следила за оркестровой ямой. При этом шестая камера, «наша страховка», в течение всей трансляции держала общий план на случай, если что-то пойдёт не так. Все камеры были цифровыми, так что проблем с передачей картинки не возникало, даже если сцена была тускло освещена.
План трансляции подготовили за неделю. У Дарваша и его ассистента были перед глазами видеозапись с генеральной репетиции, а также партитура, изученная до мельчайших подробностей и испещрённая семью сотнями значков точной, выверенной до секунды раскрадровки. К этому стоит прибавить пятьсот более «свободных» кадров в больших эпизодах, причём к каждому отрывку прилагались информация о его продолжительности и точное описание мизансцен. Каждый оператор имел шестидесятистраничный сценарий и постоянную связь с режиссёром, который следил за всем из оснащённой аппаратурой машины и мог внезапно что-то поменять.
Янош Дарваш воздержался от комментирования того, что Элизабет Шварцкопф в интервью нашей газете раскритиковала трансляцию, «как будто снятую зубным врачом». «Насколько мы близки к этому – конечно, вопрос стиля и вкуса», считает он.


Источник: Stuttgarter Zeitung
Автор: Адриенна Браун
Дата: 28 марта 1998 года
Раздел: Радио и телевидение
Камеры, кабели и недовольство публики

На завтрашнюю живую телетрансляцию «Фиделио» из штутгартской Штаатсопер было потрачено много сил.
Статисты раскрывают рты. При этом можно не петь. Ни оркестра, ни дирижёра нет. Затем неожиданно звучит музыка, всё замирает. Откуда-то слышно громкое «Бу!», один ревёт «Прекратить!», другой «Заткнитесь!». Разводная репетиция в Штаатсопер. Статисты театра были мобилизированы в полном составе. Они изображают оперный хор, дона Фернандо, Флорестана и Леонору. В костюмах, само собой. Звучит только музыка оркестра, записи диалогов из новой постановки бетховенского «Фиделио» вперемешку с недовольными высказываниями публики, которая между делом энергично ругается и свистит.
Завтра в 20.15 Südwest 3 будет передавать живую трансляцию «Фиделио» с основной сцены. Столько хлопот! Подготовка ведётся в течение многих дней. Через весь театр тянется толстый кабель, чтобы к нему можно было подключить многочисленные камеры. Везде работают люди в наушниках, произнося в микрофоны важные инструкции.
Режиссёр Янош Дарваш разработал с помощью партитуры «Фиделио» точную раскадровку, и о каждой камере известно, когда она будет использоваться. «Я не хотел создавать произведение искусства, – говорит Дарваш, – только зафиксировать захватывающую, отличную постановку Кушея. Я здесь, чтобы обеспечить слаженность работы, а не индивидуальный почерк». Чтобы добиться этого, большая команда должна быть хорошо организована. Были запланированы многочисленные репетиции и генеральные репетиции в костюмах и масках, в четверг здание основной сцены из-за подготовки даже полностью закрыли. Спектакль должен один раз пройти целиком, как это будет на трансляции, чтобы каждая сцена, каждый кадр были на своём месте. Затраты несёт канал.
[...] Вечером будет генеральная репетиция с оркестром и певцами. Только если певец действительно «не в форме», как это здесь называют, он может на генералке только «обозначать» пение, а не петь по-настоящему. В воскресенье ведётся и радиозапись. Чтобы оставить будущим поколениям отличную трансляцию, лучше сперва заснять генеральную репетицию. И, так как певцы, по выражению Дарваша, «неимоверно много двигаются» по сцене, получить чистую запись – тоже искусство.
Так много репетиций. Но Дарваш, который уже работал с несколькими постановщиками классических опер, воспринимает свой график как что-то, что едва ли можно заключить в рамки. Это с ним уже бывало. Условия работы сделались не такими уж простыми, говорит он. Когда всё идёт хорошо, он может спокойно сидеть сложа руки в своей машине с аппаратурой. Но происходит какой-нибудь прискорбный сюрприз, и он должен, имея в распоряжении только радиосвязь, в считанные секунды дать распоряжения всем участникам процесса, разбросанным по огромному зданию. Однако Дарваш слишком хороший знаток своего дела, чтобы его можно было так быстро вывести из равновесия. Он сравнивает это со спортом: «Между прочим, существует такая работа как трансляции футбольных матчей».
И здесь есть только один девиз: реагировать быстро.
  • Current Music: Alfred Reiter, Chor der Deutschen Staatsoper Berlin, Даниэль Баренбойм, Gunnar Gudbjornsson, Hanno Müller-Brachmann, Jane Eaglen, Peter Seiffert, René Pape, Staatskapelle Berlin, ...